Блог

Своим первым альбомным синглом ‘Deutschland’ и соответствующим видеоклипом RAMMSTEIN возымели резонанс и побили все рекорды. Режиссёр СПЕКТЕР БЕРЛИН, накрепко обосновавшийся в немецком хип-хопе, ответственен за этот ошеломительный опус.

Рабочий график Спектера Берлина трещит по швам — так было ещё во время съёмок видео для Rammstein, пусть даже выстрел ‘Deutschland’ должен был дать его репутации известный толчок вверх. Эрик Ремберг, как его называют в миру, сделал для METAL HAMMER редкое исключение, рассказав о необычайных сложностях во время съёмок, противоречиях и громадном успехе клипа, а также о параллелях на немецкой метал- и рэп-сценах. Ему ли это не знать, будучи сооснователем лейбла Aggro Berlin, Спектер писал историю немецкой музыки, заработав при этом звание режиссёра клипов таких исполнителей, как Sido (‘Weihnachtssong’. ‘Schlechtes Vorbild’), Marteria (‘Das Geld muss weg’) и Йоахим Витт (‘Gloria’), а также рекламных роликов. Тем не менее, ‘Deutschland’ стала для него во многом уникальной.

Некоторые наши читатели, возможно, ещё ничего о тебе не слышали. Как из сооснователя лейбла ты стал режиссёром?

По нужде! Когда мы основали Aggro около 2001 года, для немецкой рэп-музыки был момент переопределения. У нас много общего с субкультурой метала: как метал-сцена вынуждена была построить собственный уклад, так же и мы. То, что мы в какой-то период времени были величайшим инди-лейблом Европы, изначально не планировалось. Культура хип-хопа пришла с улицы, это не академическая культура, она основана на базисной демократии, что даёт людям, не имеющим ничего, социальный лифт за пределами спорта и наркотиков.

С того момента, как мы стали продвигать эту идею и представлять улицу с точки зрения содержания, на нас посыпались упрёки, и мы попали в немилость; никто уже не хотел с нами работать. Вся наша деятельность с инди родилась из нужды, точно так же было и с видео: Я всегда искал удачные визуальные решения, распылялся, проектировал обложки для альбомов и логотипы. Так что было очевидно, что я займусь музыкальными видео — и я быстро вошёл во вкус.

… и, таким образом, построил настоящую карьеру. Твой последний большой проект — клип на ‘Deutschland’ у Rammstein. Как ты вышел на контакт с группой, знал ли ты их до этого?

Кто не знает Rammstein? Не лично, конечно. С другой стороны, спроси-ка у группы: как вы узнали Спектера? Ибо они обратились ко мне очень официально. До этого я контактировал только с Рихардом и Тиллем по поводу их сольных проектов. В итоге, я могу только радоваться, что я не занимался ни тем, ни другим, иначе я бы не получил работу с Rammstein. (смеётся)

Ты был фанатом на тот момент?

Я принципиально не фанат. Хип-хоп не в счёт, но это, скорее, своеобразная секта. Мы всегда круче, чем все остальные — Rammstein тоже стали такими крутыми лишь потому, что наняли хип-хоп-режиссёра… Да шучу я, конечно. (смеётся) Но они дали этой песне просто крыши сносить. Получилось интересно и свежо! Видел ли кто-нибудь Rammstein такими яркими, с лазерами, чернокожей женщиной и в нацистской форме? Я считаю, что мне удалось представить их весьма достойно!

Значит ли это, что идея и концепция клипа принадлежала именно тебе?

Да. Но я должен сказать, что не встречал ещё в этом деле группу, которая была бы столь вовлечённой и заинтересованной в своём продукте. Чтобы шестеро мужчин общались на столь высоком интеллектуальном и культурном уровне, показывая при этом невероятно много доверия — мне такого ещё видеть не доводилось. Поначалу я думал, что меня закритикуют — идею с чёрной Германией я выдвинул на обсуждение за два дня до съёмок, однако все её одобрили. Это был величайший подарок, который они могли мне дать. Иначе это было бы не так здорово — в рекламе замечательная идея последовательно убивается из-за страха и политкорректности; здесь же напор, наоборот, встретил поддержку. С другой стороны, мозговой штурм был для меня крайне утомителен. Наверное, я ещё никогда не испытывал такого давления и такой головной боли. С одной стороны, дело в Rammstein, в статусе группы. Я боялся потерпеть неудачу! С другой стороны, я ещё никогда с ними не записывал. И вот появился проект под названием ‘Deutschland’. Чрезмерно сложная тематика, о которую поломали копья уже многие люди. И тут ещё концепция истории: мы мчимся по хронологии истории Германии, автоматически приходя к периоду НСДАП, который нельзя просто взять и выкинуть, иначе будет только хуже. Я ещё никогда не работал над таким сложным видео!

Среди первых отзывов были и голоса возмущения. Удивили ли они тебя, или, может, разозлили?

Я уже давно знаком с правилами этой игры; всегда были охотники на вампиров, готовые нанести удар. Каждый, кто имеет хоть каплю мозгов, посмотрев тизер, где ребята стоят в петле, понял, что ничего политически некорректного не будет. Но сомнения до выхода видео длились всего 24 часа — потому им нужно было стрелять быстро, ибо они знали, что завтра будет уже поздно. Полагаю, их работа заключалась в том, чтобы правильно нажать на курок.

Какая сцена во время съёмок вызвала наибольшие трудности?

Эгей, да она не одна была! Самой сложной, наверное, была батальная сцена: ночь, 200 статистов в поле в Бранденбурге, все с оружием и в доспехах. Не только из-за трудностей, но и из-за фактора риска, а он был велик, и когда мы сняли эту сцену, я три раза перекрестился. Там всё что угодно могло произойти! Кто-то мог упасть, напороться на одну из разбросанных по земле стрел, ударить неправильно…

200 человек контролировать невозможно. А ещё было минус 15 градусов — самая холодная ночь в году, счастливчики мы, в общем. (смеётся) Я бы сказал, что это было самое опасное из того, что мы снимали. С тех пор я смотрю на «Игру престолов» совершенно иначе.

Усилия оказались оценены по достоинству: фанаты возлюбили видео с самых первых секунд, и сейчас на YouTube насчитывается уже более 40 миллионов просмотров. Невероятно! Ты когда-нибудь испытывал такое?

Я? Нет! Это моё самое большое, самое международное и самое успешное видео. Внутри Германии мы побили все рекорды. Такое ещё попробуй сделать, и это несмотря на цензуру, ибо через 15 минут YouTube прицепил видео ярлык „18+“. Если бы не это, то у нас, наверное, было бы уже больше ста миллионов просмотров. В последние годы в музыкальной индустрии Германии произошло разделение, и я приложил к этому руку! Хип-хоп кое-чего добился — мы фактически упразднили премию Echo и изменили чарты. В такой обстановке, превзойти ситуацию невообразимо сложно даже для Rammstein. А ещё очень круто то, что на моей сцене все это видели: все рэперы, все хип-хоперы посмотрели видео Rammstein, все выразили уважение, все посчитали его охрененным. То, что я сумел этого добиться, для меня просто великолепно. Здесь много чего намешано, поскольку я хотел привлечь чернокожих, золотые зубы и золотые цепи. Граффити, очень много элементов хип-хопа. Я попробовал вставить отсылки к моей культуре. В метал-отрасли, где всё так мрачно, я получаю нереально много удовольствия, играясь с цветами: если присмотреться повнимательнее, то каждый кадр — в чёрно-красно-золотых тонах.

Есть ли ещё какие-нибудь скрытые послания?

Немерено! У нас есть пасхалки, мы и сами не знаем, сколь много. Было даже две таких, о которых я и сам не знал, что они вообще есть. Какие именно, я сказать не могу, иначе мне стыдно будет; но глубокий анализ видео добавляет ещё больше увлекательных интерпретаций. Сами мы рассказывать не хотим.

В общем и целом, люди правильно поняли видео и отнесли его к верному, левому и мультикультурному направлению.

Это тоже меня очень радует, ибо я боялся, что всё пойдёт прахом, и не те люди используют это в своих целях. Ведь это, по сути, леворадикальное видео против национализма, войны и пафоса. Пацифистская работа, которая показывает Германию как главную разжигательницу войны, от древних германцев до наших дней. Я беспокоился о Руби (Комми, в клипе играет Германию — прим. ред.), спрашивал её, писали ли ей какие-нибудь люди, угрожали ли ей. Удивительно, но их было настолько мало, что можно было просто проигнорировать. Мы прошлись поганой метлой по фанатам Rammstein и вымели к чёртовой матери этих нескольких типов из правых кругов, которые хотели использовать Rammstein в своих целях! Увидев чёрную Германию, они потеряли интерес. И, напротив, эти замечательные слова: фанаты Rammstein. Блин, дружище! Они совсем не из того теста, что фанаты рэпа! Они нереально славные, осведомлённые, хорошо воспитанные, совсем другие люди. Я ещё никогда не получал таких высоких оценок, даже из-за пределов Германии. Я получаю самые лестные отзывы из Мексики, США, из России. Люди пишут нечто вроде того, что это лучшее немецкое творение за последние годы.

SEBASTIAN KESSLER

Перевод: Макс Теребилов

 

Специально для Rammstein | Энциклопедия и seidbereit.skinsbox.ru/